Сибирское
Казачество
25 мая 2020 Просмотров: 248 Комментарии: 0
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд - Пока оценок нет
Размер шрифта: AAAA

«Слышь, папаха, камни жрать будешь»: Идиотские шутки на ТВ, за которые долго извинялись | Кодекс офицерской чести |«Вымучить из них всю или большую часть добычи»: Как грозились искоренить неистребимый вид преступлений

Очередной перл выдал комик из Comedy Club Андрей Бебуришвили о «папахах» и «мамахах» – и вызвал такой гнев казаков, что пришлось просить прощения и ему самому, и телеканалу ТНТ. Но, на самом деле, подобных историй с ляпами в эфире в виде шуток или высказываний немало – кто-то делает это по недомыслию, кто-то – чтобы поймать хайп. Царьград решил вспомнить самые резонансные случаи.

Гламурный красавчик Пако и казаки

Начнём, пожалуй, с этого относительно свежего (по времени), хоть и с неприятным душком (по содержанию), инцидента с Андреем Бебуришвили, выступающим в сценическом образе «красавчика Пако».

Подразумевается, что этот «неподражаемый Пако» – со своим дерзким поведением – должен нравиться барышням и вызывать зависть у мужчин.

В том скандальном выступлении комик рассказал о том, что «на улице холодно нюхать кокос», чем пепельница отличается от певца Прохора Шаляпина, прошёлся скабрёзностью по Наташе Королёвой… 

…И решил пошутить на тему казачества.

Мол, как-то Пако пробрался в казачий лагерь. И пока казак надевал свою папаху, тот… безобразничал с «мамахой».

Реакция и последствия:

В зале – смеялись.

А вот в Сети к выходке в юмористическом шоу отнеслись куда менее благожелательно. Точнее, она вызвала массу недовольных откликов. Возмутились и сами казаки – и потребовали разобраться.

«На федеральном канале в лицо идёт такое оскорбление, тем более что этот человек оскорбляет матерей. Для казаков понятие мать – святое. Во-первых, у нас Покров Пресвятой Богородицы – самый главный праздник. У нас есть сёстры, матери, жёны. У нас бабушки, которые до сих пор помнят эти жертвы, лагеря, через которые прошли братья и родители. То есть, когда мы в лицо получаем такое, это, конечно, шок, просто шок у нормальных людей», –прокомментировал ситуацию верховный атаман Союза казаков-воинов России и зарубежья (СКВРиЗ) Николай Дьяконов.

В итоге извиняться пришлось и самому Бебуришвили, и телеканалу, а сам ролик был изъят из эфира и удалён, по крайней мере с официальных интернет-платформ.

Заверяем, что шутки персонажа Пако не являются личным мнением Андрея Бебуришвили, а это просто часть созданного им образа «гламурного красавчика», который рассказывает выдуманные истории, иногда, к сожалению, дерзкого характера, за что Андрей уже принёс свои извинения,

– отмечается в письме «Камеди Клаб Продакшн» на имя Дьяконова.

Телеканал пообещал приложить «усилия по недопущению в дальнейшем подобных материалов».

«Ингушские проклятия» и эскорт-агентство

Впрочем, подобные заявления для ТНТ не в диковинку.

Достаточно вспомнить эпизод из шоу Comedy Woman, где была разыграна ситуация «из жизни агентства эскорт-услуг».

Сюжет был такой.

Владелица агентства (в исполнении Екатерины Скулкиной) отчитывает подчинённых за плохие результаты. Одна из них (Тамара Турава), некая девушка с Кавказа, должна была сопровождать делегацию из Сургута по Москве, но показывала приезжим не достопримечательности, а шашлычные и хинкальные.

После разбора полётов ей дают новое задание – сопроводить певца Тимура Родригеса на музыкальной премии. Та в ответ называет его «латиносом», после чего хозяйка агентства возмущённо говорит: «Тебе русский Майкл Джексон предлагает 900 рублей, а ты нос горбатый воротишь!»

И когда девушка начинает ругаться на кавказском наречии, героиня Скулкиной резко прерывает её: «Ты думаешь, я 25 лет в этом бизнесе и не знаю ингушских проклятий, что ли? Сама у меня потом будешь камни жрать по праздникам!»

Реакция и последствия

На сюжет бурно отреагировали представителей ингушской национальности.

В соцсетях был брошен клич к общине Ингушетии объединиться против Comedy, поскольку сценку сочли порочащей честь и достоинство ингушских девушек.

Офисы ТНТ заблокировали приехавшие крепкие ребята, требуя пропустить их для разбирательства к руководству телеканала, и к ним пришлось даже вызывать ОМОН.

Пришлось тогда гендиректору Comedy Club Production Андрею Левину срочно ехать с извинениями в офис полпреда Ингушетии в Москве Алихану Цечоеву. Результатом переговоров стал ролик, выложенный потом в YouTube, где гендир говорит:

Я, генеральный директор Comedy Club Production Андрей Левин, хочу выразить глубокие извинения в связи с тем материалом, который вышел. Мы искренне не хотели кого-то обидеть и оскорбить, это получилось абсолютно случайно. Хотел бы сказать, что это исключительная случайность, недоработка на выпуске эфира, мы это признаём.

«Овцы» и генерал Карбышев

А эта неприятная история, тоже с Comedy Woman, произошла ещё аж в 2013-м, когда в эфире программы была показана сценка, в которой актрисы изображают развязных школьниц подросткового возраста. И одна (её играла Екатерина Варнава) в какой-то момент жалуется, что ей холодно:

«Чувствуете? Прямо холодок по спине пробежал».

Тогда другая (Наталия Медведева) отвечает:

«Нет, это замёрзший дух генерала Карбышева! Он подошёл к тебе сзади и приобнял… Ух!»

Реакция и последствия:

Сколько раз транслировался с тех пор этот выпуск – вряд ли удастся подсчитать. А скандал грянул, когда на эпизод в своей программе «Бесогон» обратил внимание Никита Михалков:

«Когда эти овцы из Comedy Woman шутят вот так, они сами понимают, что они говорят? О ком они говорят?» – задался вопросом режиссёр.

И напомнил, кто такой генерал-лейтенант Дмитрий Карбышев. Офицер ещё императорской армии, участник Первой мировой, в советское время он стал профессором Военной академии Генштаба и считался одним из лучших специалистов военно-инженерного искусства, попал в плен к немцам в августе 1941-го, и долгое время они пытались, в пропагандистских целях, переманить его на свою сторону. А он не сделал этого, пройдя через весь ужас нацистских концлагерей.

А 18 февраля 1945-го его вместе с другими узниками вывели на плац на 12-градусный мороз и стали обливать холодной водой.

В общем, актриса Наталия Медведева принесла свои извинения:

Приношу свои глубокие извинения за номер, где упоминалась фамилия великого генерала. На тот момент я искренне думала, что эта фамилия вымышленная. Искренне. Правда. Извините меня,

– написала она на своей странице в Instagram.

Она уточнила, впрочем, что текст был написан авторами шоу, а все актрисы по контракту обязаны произносить то, что написано в приготовленных для них ролях.

Литвинова с Познером и танцор без ноги

Огромное возмущение вызвали высказывания актрисы Ренаты Литвиновой на шоу «Минута славы», когда она, будучи в жюри, решила пообщаться с одним из участников – танцором Евгением Смирновым, который потерял ногу в результате ДТП, однако продолжил заниматься любимым делом.

Выступление дуэта Евгения Смирнова и Алёны Щеневой растрогало зрителей, а вот жюри… отнеслось своеобразно.

Телеведущий Владимир Познер, например, назвав выступление «великим подвигом», вместе с тем заметил, что выступление без ноги – это «запрещённый приём», и он будет голосовать против того, чтобы пара прошла в следующий этап.

А Литвинова, решив посочувствовать танцору, назвала его «человеком-ампутантом» и предложила «пристегнуть вторую ногу, чтобы не было так очевидно».

Она же может не так очевидно отсутствовать? Чтобы не эксплуатировать эту тему,

– пояснила актриса.

Реакция и последствия

Зал – гудел. А сам танцор заявил:

«Я ничего не эксплуатирую – я танцор по жизни, и если будут какие-то «добавочные элементы», то вот это как раз будет приём».

Поведение Познера и Литвиновой осудили не только зрители, но и другие представители шоу-бизнеса.

И телеведущий, и актриса принесли Евгению Смирнову свои извинения. Однако молодой человек заявил, что покидает «Минуту славы».

А реальную ответственность понёс… сотрудник дирекции музыкальных и развлекательных программ телеканала, который занимался подготовкой передачи к эфиру.

Ургант с портретом Кейджа и верующие

Телеведущий Иван Ургант часто попадает в скандальные ситуации, выступая с крайне сомнительными шутками, за которые ему то и дело приходится просить прощения.

Но – надо отдать должное настойчивости шоумена: он продолжает шутить, попадать в скандалы и наращивать, таким образом, собственный опыт в извинениях.

То плоско пошутит над коллегой с конкурирующего канала Владимиром Соловьёвым (и получит, соответственно, отпор), то заявит, что в космос будут летать люди с психическими отклонениями (Рогозин в ответ заметил, что в программе, судя по всему, не осталось других шуток, кроме как над героями-космонавтами и верующими).

К слову, насчёт оскорбления верующих – это один из самых характерных моментов.

В программе «Вечерний Ургант», которая вышла в день Рождества Христова в нынешнем году, он отчего-то решил связать православный праздник и… день рождения голливудского актёра Николаса Кейджа, который тот отмечает 7 января.

И пошутил на эту тему, показав коллаж, где был сделан намёк на рождение Христа – только в яслях изображён Кейдж в окружении режиссёров Никиты Михалкова, Квентина Тарантино и Стивена Спилберга – вроде как «волхвов». Да ещё и приглашённый в качестве гостя на передачу актёр Жерар Депардье подхватил «юмор» ведущего и вообще допустил оскорбительные сравнения.

Реакция и последствия

Шутка моментально вызвала сильнейший скандал. Православные увидели в ней глумление над верой, посчитав коллаж пародией на икону с изображением Рождества Иисуса Христа.

И обратились к генеральному прокурору Игорю Краснову с требованием проверить высказывания Урганта на предмет нарушения статьи УК России «Оскорбление чувств верующих».

Словом, шоумен, видимо, поняв, что к чему, вскоре выступил с извинениями:

Это не была запланированная акция по глумлению над христианскими ценностями. Это была просто не самая удачная попытка пошутить в совершенно неподходящий для этого день. Поэтому все, кто считает себя оскорблённым, примите мои искренние извинения,

– заявил он.

Бузова с пустой тарелкой и блокадники

Да и выходка Бузовой – это тоже за гранью понимания для нормального человека.

Экс-участница и ведущая шоу «Дом-2» решила порадовать в своём Instagram оригинальным, по её мнению, сюжетом.

А он таков.

Бузова, сидя за столом в купальнике, вылизывает тарелку. Тот, кто снимает видео, говорит за кадром: «Вот она, настоящая Ольга Бузова».

Она же в ответ хохочет и говорит: «Ну, вкусно мне! Я блокадница!»

Реакция и последствия

Возмутились все – и коллеги, и общественность, и даже верные подписчики барышни сочли эти слова просто верхом глупости – или наглости.

Лично для меня – это больная тема, я полтора года прожил в блокадном Ленинграде и знаю, что такое 125 граммов хлеба. Мы, дети блокадного Ленинграда, пухли от голода, а теперь вот такие бузовы пухнут от денег. Смотреть на это очень грустно,

– заметил, комментируя «выступление» Бузовой, народный артист России Илья Резник.

Словом, пришлось ей тоже каяться прилюдно.

———————-

Кодекс офицерской чести.

“Кто сберёг свои нервы – тот не спас свою честь”.

Кодекс чести офицера русской императорской армии повествует:
«Честь является главной драгоценностью для офицера, священный долг которого сохранять её в чистоте и безупречности».

В толковом словаре Даля есть объяснение такому понятию: «Честь — это внутреннее, нравственное достоинство человека. Доблесть, честность, благородство души и чистая совесть».
К слову говоря, офицеров русской армии часто называли «белая кость», подразумевая чистую совесть и незапятнанную честь, которые были для офицера превыше всего.

О том, насколько честен (или бесчестен) человек, судят главным образом окружающие. На данном опыте и формируется общественное мнение. Надо отметить, что люди особо высоко ценят тех, кто является «человеком чести».
«Честь — святыня офицера, она высшее благо, которое он обязан хранить и держать в чистоте. Честь — его награда в счастье, и в утешение, и в горе… Честь не терпит и не выносит никакого пятна» М.С. Галкин
«Кодекс чести «Белой гвардии» констатирует: «Офицер должен оказывать уважение всякому званию и вести себя с одинаковым достоинством со всеми классами общества. Причем в отношении людей, стоящих ниже его по образованию, он не должен опускаться до уровня их нравов, а напротив, стараться поднять их до собственной высоты».
«Благородство состоит в способности жертвовать личными интересами в пользу других, великодушии, неспособности унижаться и унижать окружающих» , – продолжает Кодекс.
Так сложилось в императорской России, что звание «русский офицер» всегда было больше, чем просто титул. Это особая порода людей, для которых честь и достоинство были дороже жизни. За честь сражались, за неё нередко умирали…

Сегодня с переходом, преимущественно на контрактную основу, снизились требования по соблюдению военнослужащими правил, относящихся к понятиям воинской чести и достоинства. И тому есть объяснение…
Раньше для офицерского состава царской армии служба являлась смыслом всей жизни и не ограничивалась сроком контракта. Сегодня военнослужащие лишь исполняют конституционный долг, реализуя свое право на труд посредством прохождения военной службы.
Таким образом, обязательств о соблюдении морально-нравственных принципов, относящихся к воинской чести военнослужащих, контракт не предусматривает.
Я думаю, что приказов иметь совесть или честь просто не может быть в природе… Это воспитывается в себе с детства, как принято говорить,
“с молоком матери”.
На фоне сказанного, задумайтесь, господа казаки, ибо подобная “болезнь”, как раковая опухоль, начинает ускоренно распространяться воздушно- капельным путем и в нашей братской казачьей среде…
Задумайтесь, наконец, братья, в чем глубокая пропасть между смыслом всей свой жизни, которую МЫ клялись положить на алтарь Отечества, и временным (не совсем может быть честным образом завоеванным) минутным успехом, между правдой и обманом, между служением казачеству, вере православной и созданием видимости своей деятельности, наконец, между честью и позорным приспособленчеством…

Kodeks_chesti_chernyy_verkh_3.970

 “Кодекс чести русского офицера” – составлен в 1804 году.
Актуален навсегда !!!original

———————-

А вы задумались, господа казаки: куда мы целое десятилетие катимся??? Стесняетесь себе и особенно окружающим признаться…

А я помогу: к полному хаосу  и развалу, созданного общими усилиями общественному объединению «Белорусское казачество».

Не сочтите за нескромность, но позвольте пофилософствовать…

Многие из вас имели возможность из истории древнего Китая с наслаждением лицезреть фарфоровые статуэтки, так называемых «Китайских болванчиков».  Вспомните: данные статуэтки изысканно украшены, а сами «болванчики» мило улыбаются.

Есть много легенд об их происхождении. В одной из них рассказывается о древнем императоре, вернее о его писаре.

По мнению востоковедов, болванчик – это образ писаря, записывающего всевозможные изречения императора для сохранения его «мудрости». А так как писарь – существо подневольное, то,  что бы ни изрёк император, он мог лишь согласно кивать, боясь лишиться головы, не зависимо от того, что происходит вокруг него.

Продолжу параллель: на что же физически статуэтки способны??? Интересный вопрос… Они могут только шевелить руками и покачивать головой. На этом их функции ограничены во времени и в пространстве…. Впрочем они всегда мило улыбаются…  И в этом их миссия и заканчивается.

Что напоминает вам этот застенчивый сюжет из Поднебесной???
Да, в правильном направлении мыслите – преобладающее число членов нашего Совета Атаманов. Они готовы тоже всегда только улыбаться, всегда голосовать «ЗА» решения Верховного и иных поползновений и мыслей в их «мудрых» головах не возникает, так как панически боятся опровергнуть предложенное решение нашего Кормчего из-за своей, во-первых, некомпетентности, во-вторых, отсутствия элементарного чувства логики и боязни прослыть глупыми… Очень сожалею, но этот прискорбный факт в наших рядах, имеет место быть …

В заключении своих размышлений хочу поделиться следующей мыслью: нам не надо обещать ни молочные реки, ни кисельные берега (выросли с того возраста).  Всё, что происходит у нас в РОО«БК» показывает несостоятельность работы нынешнего состава атаманов, который не имеет и не может иметь своего мнения – ибо его нет и никогда в таком формате не будет.
Важно другое: как развиваться дальше? А если продолжать жить по старинке, так у нас получается, как в классике сюжета: «в деревне Гадюкино всё время идут дожди».

 

ЭПИЛОГ.

Дабы не придти к полному развалу и не растерять следующих членов РОО”БК”, надо найти приемлемые для всех жизненно важные решения, быть опорой в сомнениях Верховного:  и нами в другой редакции нашего диалога будут вынесены предложения по следующему изменённому составу Совета Атаманов РОО «БК» (с непременным обсуждением каждой кандидатуры на ближайшем Большом Круге).

Казачий полковник: Виктор Николаев.

…………………………………………..

«Вымучить из них всю или большую часть добычи»

Как грозились искоренить неистребимый вид преступлений

 

21 мая 1720 года Правительствующий Сенат утвердил указ, обязывающий всех должностных лиц под роспись ознакомиться с установленными Петром I правилами, предусматривавшими предельно жестокие наказания за взятки и лихоимство. Ведь разоблаченные взяточники оправдывались тем, что не знали, что их деяние преступно. Однако в петровском антикоррупционном законодательстве имелось одно неприметное, но очень важное уточнение.

«Принял жареного гуся, начиненного деньгами»

Меры наказания, введенные за взятки и лихоимство именным указом царя Петра Алексеевича 24 мая 1714 года, должны были свидетельствовать о том, что высшая власть решила искоренить эти преступления всерьез и навечно:

«А кто дерзнет сие учинить, тот будет, как приказывал самодержец,— весьма жестоко на теле наказан, всего имения лишен, шельмован и из числа добрых людей извержен или и смертью казнен будет».

Шли годы, но вопреки ожиданиям масштабы взяточничества и казнокрадства только возрастали. А обвиняемые по тем делам, «что наружу вышли», утверждали, что ничего не знали о запрещении брать мзду, или искренне полагали, что на их способ увеличения личных доходов, существовавший с незапамятных времен, царев указ не распространяется. Причем их искренность была отнюдь не наигранной.

О давних корнях мздоимства как неотъемлемой части способа управления страной писал в своей книге «О государстве русском» Дж. Флетчер, прибывший в 1588 году ко двору царя Федора Иоанновича в качестве посла английской королевы Елизаветы. Этот выпускник Кембриджа, доктор гражданского права, член Парламента и дипломат отмечал, что при тираническом правлении весь правящий класс находится в полной зависимости и рабском положении в отношении первого лица государства. Но взамен, как констатировал Флетчер, ему предоставляется неограниченное право грабить всех нижестоящих:

Что касается до земель, движимого имущества и другой собственности простого народа, то все это принадлежит ему только по названию и на самом деле нисколько не ограждено от хищничества и грабежа как высших властей, так даже и простых дворян, чиновников и солдат».

Не было ничего нового и в наказаниях для мздоимцев. Правда, кары эти начинались после многих лет попустительства и имели цель весьма далекую от искоренения коррупции. О линии высшей власти в этой сфере английский посол писал:

«Не препятствовать насилиям, поборам и всякого рода взяткам, которым князья, дьяки и другие должностные лица подвергают простой народ в областях, но дозволять им все это до окончания срока их службы, пока они совершенно насытятся; потом поставить их на правеж (или под кнут) за их действия и вымучить из них всю или большую часть добычи (как мед высасывается пчелою), награбленной ими у простого народа, и обратить ее в царскую казну, никогда, впрочем, не возвращая ничего настоящему владельцу, как бы ни была велика или очевидна нанесенная ему обида».

Задолго до петровской эпохи коррупционеров временами подвергали и самым жестоким наказаниям. Но только когда они брали не по чину или когда мздоимство слишком распространялось и нужно было успокоить народ. В рассказанной Флетчеру истории из недавнего прошлого говорилось о том, как решал действовать первый человек государства в подобном случае:

«Показывать иногда публичный пример строгости над должностными лицами (грабившими народ), если кто из них особенно сделается известным с худой стороны, дабы могли думать, что Царь негодует на притеснения, делаемые народу, и таким образом сваливать всю вину на дурные свойства его чиновников. Так, между прочим, поступил покойный Царь Иван Васильевич с дьяком одной из своих областей, который (кроме многих других поборов и взяток) принял жареного гуся, начиненного деньгами. Его вывели на торговую площадь в Москвегде Царь, находясь лично, сам сказал речь: «Вот, добрые люди, те, которые готовы съесть вас, как хлеб, и проч.»; потом спросил у палачей своих, кто из них умеет разрезать гуся, и приказал одному из них сначала отрубить у дьяка ноги на половину икр, потом руки выше локтя (все спрашивая его, вкусно ли гусиное мясо), и наконец, отсечь голову, дабы он совершенно походил на жареного гуся».

Частоколы вокруг русских деревень возводились для защиты не только от зловредных врагов внешних, но и от корыстных врагов внутренних

 

«Что вред и убыток Государству причинить может»

Ничего не изменилось и более века спустя. Всем «у дел будучим» в 1720 году приказали вновь прочесть царский указ о жестоком наказании за взятки и лихоимство и дать подписку об ознакомлении на специальных листах, которые следовало без промедлений отправить в Сенат. Такие же листы надлежало подписывать и вновь принимаемым на службу. Кроме того, отпечатанный петровский указ о коррупции предписывалось прибить в публичных местах и вновь объявить обывателям. А всем желающим продавать его печатный текст.

Однако в царском указе говорилось и об исключениях из общих правил. Получать вознаграждения помимо жалования должностное лицо могло с разрешения царя или всего состава Сената. Но главное было в другом: преступлением считалось «все то, что вред и убыток Государству причинить может». Ущерб интересам частных лиц в указе не упоминался. И, как показывала практика, наказанию не подлежал.

К примеру, по приказу петровского военачальника — генерал-фельдмаршала графа Б. П. Шереметева многое из имущества, отбитого у неприятеля во время затяжной войны со шведами, включая главное транспортное средство той эпохи — лошадей, чуть ли не с поля боя отправляли в его имения. Но это было боевым трофеем и по законам войны тех лет по праву принадлежало победителю. Трофеем, правда, условно, считалось и все то, что солдаты Шереметева добывали в обывательских домах и с чего их командующий получал немалую долю.

Но главной доходной статьей графа стали пленные. Ведь самой большой ценностью для любого состоятельного собственника кроме обширных земельных владений были крепостные. А потому солдаты просто сгоняли людей с завоеванной территории, не обращая особого внимания на их прежние звания и чины, и гнали их в поместья и вотчины графа для превращения в землепашцев или иных нужных ему рабов. Однако это не вызывало ни малейшего неприятия или гнева царя. Ведь генерал-фельдмаршал брал по чину, а главное, был очень полезен самодержцу.

И потому Петр I не без иронии писал, что Шереметев славно похозяйничал в Прибалтике.

Другим подтверждающим общее правило примером стала судьба сибирского губернатора князя М. П. Гагарина. Он перенаправил потоки самого ценного тогда сибирского товара — мехов, предназначавшихся для царской казны,— в свою личную казну. И беззастенчиво обирал всех купцов, возивших товары в Китай и обратно. Поначалу князь придерживался установленных рамок — делился с царским любимцем светлейшим князем А. Д. Меншиковым и подносил подарки Екатерине Алексеевне, которую царь повелел считать своей женой.

Но «безгрешные доходы» были настолько велики, а желание продемонстрировать то, насколько он богаче и важнее всех окружающих, оказалось настолько сильным, что Гагарин потерял всякую осторожность и решил строить в Москве невиданные по богатству отделки палаты. При этом в казну поступало все меньше денег из Сибири, и губернатора вызвали в Санкт-Петербург, а после ревизии его деятельности самодержец повелел сенаторам:

«Дела плута Гагарина надлежит вам слушать, которые важны (понеже не одна тысяча есть) и особливо которые он делал уже после публикованных указов за лихоимство, и по оным учиня по правде, прислать ко мне».

Конец жизни князя оказался вполне закономерным для того, кто нанес значительный вред и убыток государству,— следствие с пытками и приговор к лишению живота и всего имения. 16 марта 1721 года Гагарина повесили, и в назидание другим царь приказал устроить в тот день артиллерийский салют и долго запрещал снимать с виселицы останки князя.

 

Самое высокое положение среди всех любовниц России позволяло княжне Долгорукой запрашивать самые крупные по размеру взятки

 

«Чины и кресты весьма часто продаются»

Со временем менялись только имена фигурантов, прославившихся участием в разнообразных коррупционных схемах, полученные ими суммы и способы передачи денег. В эпоху Александра I, например, распространилась мода брать взятки не лично, а через любовниц. А в следующее царствие, при Николае I, это стало уже делом совершенно обыкновенным и привычным. Князь П. В. Долгоруков в 1862 году в своих заметках упоминал о том, что желавшие продвинуться по карьерной лестнице или упрочить свое положение в светском обществе представители знатных фамилий с помощью взяток любовницам влиятельных особ получали ордена и придворные чины. Но дама сердца министра императорского двора генерала от инфантерии графа В. Ф. Адлерберга — М. И. Буркова — кроме денег жаждала еще и почета:

«Невозможно себе представить,— писал Долгоруков,— до каких пределов доходит низкопоклонностъ перед Миною Ивановною петербургского придворного круга, этих полу-монголов, полу-византийцев, имеющих претензии на значение английских лордов, низкопоклонность этой «холопии», которая воображает себя аристократиею… Гостиная Мины Ивановны набита людьми знатными, которые приезжают на поклон и заискивают ее покровительства… Самый низкопоклонный из мининских холопов в первопрестольной столице — начальник Московского архива иностранных дел князь Михаил Андреевич Оболенский, который через ее посредство купил чин гофмейстера. Я говорю «купил», потому что при петербургском дворе чины и кресты весьма часто продаются втихомолку».

Причем награждения за взятки практиковались и при предыдущем министре двора — генерал-фельдмаршале светлейшем князе П. М. Волконском:

«Торг этот,— уточнял князь Долгоруков,— существует издавна, и даже при князе Петре Михайловиче Волконском, который, при всех своих пороках, был человеком вполне бескорыстным, лица, имевшие на него влияние, торговали придворными чинами. Андрей Иванович Сабуров, например, купил в 1851 году чин гофмейстера, заплатив двадцать тысяч рублей серебром Жеребцовой, любовнице старика Волконского».

Чтобы понять, во что обошелся Сабурову желанный чин, достаточно сказать, что самые высокооплачиваемые рабочие 1850-х годов — на золотых приисках в Сибири — получали 3–5 рублей серебром в месяц. А месячное жалование главного врача московской больницы не превышало 50 рублей серебром.

Однако тем же способом взятки брали не только на министерском уровне. После начала в России железнодорожного бума взятки практически открыто начали брать члены императорской фамилии:

«Когда Шувалов был шефом жандармов,— писал в дневнике сенатор А. А. Половцов,— то вел. кн. Николай Николаевич зачастую являлся к нему с просьбой уладить кое-какие делишки. Раз он пришел просить о серьезном деле — о проведении Минской железной дороги по такому-то направлению, наивно подкрепляя свое ходатайство таким соображением, что если просимое им направление возьмет верх, то он получит 200 тыс. руб., коими может обеспечить судьбу незаконных детей своих.

Как ни старался Шувалов доказать вел. князю, что это взятка, он не понял или не хотел понять этого.

Дело прошло в Комитете министров, и, хотя ходатайство Николая Николаевича не имело значения, тем не менее восторжествовало направление, коего он добивался. Шувалов уже несколько позабыл об этой истории, когда однажды, приехав на какой-то бал, увидал вел. кн. Николая Николаевича, делавшего ему знаки и наносившего себе ладонью удары по карману. Это означало, что он 200 тыс. руб. получил».

Однако мало кто из Романовых мог сравниться в алчности с любовницей императора Александра II княжной Е. М. Долгорукой и ее братом. 28 июля 1871 года Половцов записал историю о министре путей сообщения графе В. А. Бобринском:

«В. Бобринский получил от государя приказание отдать Севастопольскую дорогу Губонину, т. е. Мих. Долгорукову. Никакие возражения не были выслушаны. В. Бобринский написал письмо за границу государю, сказав, что считал обязанностью исполнить это приказание, но засим почитает себя обесчещенным и просит об увольнении. Из другого источника мне известно, что Долгорукий за исходатайствование этой концессии получает 800 тыс. руб.».

За продвижение интересов магната Полякова в получении права на постройку Кавказской железной дороги княжна запросила уже 3,5 млн рублей. А поскольку история получила огласку, шефу жандармов пришлось найти выход из неприятной ситуации. Но в результате взятку, по сути, получал сам император (см. «Возил государю портфель, набитый тысячей сторублевых бумажек»).

На таком фоне коррупция и казнокрадство постоянно ширились и множились. 5 мая 1901 года А. А. Половцов записал свои впечатления о санкт-петербургском градоначальнике:

«Самодержавие сделалось в последнее время девизом для всяких искателей собственного благополучия. Одним из рельефнейших представителей такого сорта людей является петербургский градоначальник Клейгельс. Уже в бытность варшавским обер-полицеймейстером он составил себе взятками порядочное состояние; по переходе в Петербург он начал грабить самым беззастенчивым манером. В последние годы он купил шесть имений, из коих за последнее заплатил 600 (?) рублей… Имения его управляются полицейскими чиновниками, продолжающими получать свое казенное содержание; в одном из имений оказался даже пароход, числящийся по спискам в составе речной петербургской полиции; арестанты не получают следующих им кормовых денег, кои Клейгельс кладет в свой карман».

Однако поскольку главным источником побочных доходов Н. В. Клейгельса была львиная доля с того, что выжимали из обывателей его подчиненные, а император Николай II ему благоволил, неоднократно начинаемые следствия по его «беспримерным злоупотреблениям» заканчивались ничем.

Оружие в руках и революционное правосознание создавали неограниченные возможности для «безгрешного обогащения»

 

«За удесятеренную или удвадцатиренную взятку»

Противники самодержавного строя активно использовали истории о коррупции во всех эшелонах власти в своей антиправительственной пропаганде. Благо всем было хорошо известно, что члены непомерно разросшейся императорской фамилии за деньги легко соглашаются лоббировать интересы поставщиков всего и вся в правительстве и министерствах. А разного рода чудеса с назначением за взятки на любые должности вплоть до министерских, которые творил «святой старец» Григорий Распутин, во многом способствовали приближению конца правления дома Романовых. Причем большевики, активно бичевавшие пороки старого мира, придя к власти, не перестали разоблачать коррупцию времен своих предшественников.

К примеру, в декабре 1917 года в числе прочих дипломатических документов прежних лет они опубликовали письмо атташе посольства России в Токио барона А. Ренне секретарю Дальневосточного отдела МИДа А. А. Автономову, датированное 19 июня 1917 года. В нем Ренне описывал изобилие и дешевизну всего и вся в Японии, остающейся островком безмятежности в бушующем море Первой мировой войны. В особенности на фоне России, после Февральской революции начавшей тонуть в болоте разрухи. И предлагал наладить перевод ему денег по официальным дипломатическим каналам для закупки нужных Автономову товаров. Но не даром. Взамен барон просил выхлопотать ему орден Святого Станислава:

Получится обмен продуктов: вы мне — Станистлава III ст., я Вам — ботинки и т. д.При неустойчивости положения это, к тому же, будет хорошей практикой на будущее, когда, может, придется браться еще и не за это».

Большевики иронизировали над тем, как низко пала ценность прежних наград, если орден можно выменять на ботинки. А также над тем, насколько быстро коррупция подточила устои власти Временного правительства. Однако истина заключалась в том, что большевистские выдвиженцы начали брать взятки вскоре после получения постов и полномочий.

Буквально в первые же дни после создания 7 (20) декабря 1917 года Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК) во главе с Ф. Э. Дзержинским выяснилось, что два ее следователя получили взятки за прекращение дел и освобождение арестованных. Не отставали от них и милиционеры, следователи и члены трибуналов. Например, в Петрограде член следственной комиссии ревтрибунала Алексеевский практически открыто вымогал взятки.

«Сторож у Барецкого, второго директора ресторана «Медведь»,— сообщал в следственную комиссию Дзержинский,— подслушал разговор между Алексеевским и Барецким 19/XII-17 следующего содержания:

Алексеевский требовал у Барецкого 5 тысяч рублей за освобождение Леонарди (первого директора «Медведя»), арестованного за покупку поддельной печати».

А в конце декабря 1917 года Ф. Э. Дзержинскому доложили, что в Петрограде существует подпольный частный игорный дом в квартире гражданки Марии Живаго, связанной со следователями ВЧК.

В начале мая 1918 года Глейста, Губина и других сотрудников Московской следственной комиссии, обвинявшихся во взяточничестве и шантаже, трибунал, как предполагали, тоже за взятку, приговорил лишь к шести месяцам заключения. Немало удивленный размахом коммунистической коррупции В. И. Ленин 4 мая 1918 года потребовал исключить членов трибунала из партии, а наркому юстиции РСФСР Д. И. Курскому писал:

«Необходимо тотчас, с демонстративной быстротой, внести законопроект, что наказания за взятку (лихоимство, подкуп, сводка для взятки и пр. и т. п.) должны быть не ниже десяти лет тюрьмы и, сверх того, десяти лет принудительных работ».

Декрет приняли 8 мая 1918 года, правда, мера наказания была снижена до пяти лет заключения и принудительных работ. Но ничего не помогало.

Находившийся на Украине сотрудник Наркомата иностранных дел РСФСР Д. Ю. Гопнер писал Ленину и Г. В. Чичерину о тех, кто получил полную власть над народом:

«Не лучше обстоят дела в Екатеринославе. Вооруженные с головы до ног люди от имени ЧК, Комендатуры города, уголовно-розыскной милиции и других учреждений производят обыски, аресты, подбрасывают фальшивые деньги, напрашиваются на взятки, шантажируют этими взятками, заключая в тюрьму тех, кто эту взятку дал, чтобы в конце концов освободить человека из-под страха смерти за удесятеренную или удвадцатиренную взятку».

«Взятка стала чем-то обыденным и обязательным»

Какое-то время широкий размах коррупции объясняли тяжелыми условиями Гражданской войны. Но наступил мир, и ничего не изменилось. 25 сентября 1922 года Дзержинский писал в Политбюро ЦК РКП(б):

«Обследование хозяйственных органов, ознакомление с материалами судебных и розыскных органов и, наконец, анализ развития частного торгово-промышленного аппарата указывают на развившееся в грандиозных размерах взяточничество должностных лиц.

Взятка стала чем-то обыденным и обязательным, о ней говорят открыто, как о чем-то узаконенном; взятка буквально разлагает личный состав государственных и кооперативных учреждений, взятка срывает наши хозяйственные планы и обескровливает государственные ресурсы; взятка становится рычагом в хозяйственной жизни Республики; атмосфера взяточничества захлестнула и нашу партийную среду, некоторых буквально, а большинство коммунистов стали безмолвными зрителями вакханалии взяточничества, примирясь с этим явлением».

Дзержинский предлагал начать масштабную кампанию по борьбе со взяточничеством, и многие из его предложений были приняты. В 1924 году в Ленинграде на скамье подсудимых оказались следователи и судьи, о преступлениях которых обвинитель — прокурор уголовно-судебной коллегии Верховного суда РСФСР А.Я. Вышинский — рассказывал:

«Следователи и народные судьи Сенин-Менакер, Кузьмин, Шаховнин, Михайлов, Копичко, Васильев, Елисеев, Демидов, Флоринский и Гладков вошли в связь с нэпманами и различными преступными элементами, заинтересованными в прекращении своих дел, находящихся в производстве этих судебных работников. Указанные выше следователи и судьи занимались систематическими попойками и кутежами. Во время этих попоек и кутежей, тут же на месте, судебными работниками, при участии тех же нэпманов, составлялись постановления о незаконном освобождении арестованных по разным делам лиц и достигалось соглашение о незаконном прекращении самих судебных дел».

Вышинский требовал самого сурового приговора для 42 обвиняемых в коррупции и содействии ей, и 17 подсудимых были приговорены к высшей мере социальной защиты — расстрелу, восемь получили по десять лет с последующим поражением в правах, а остальные отделались более мягкими приговорами.

Затем состоялось еще несколько громких процессов с суровыми приговорами, и ситуация стала выглядеть так, будто советским руководителям удалось добиться полной или почти полной ликвидации коррупции. Во всяком случае, это прямо следовало из показателей судебной статистики. Если в 1924 году 33% всех осужденных за должностные преступления составляли взяточники, то в 1932–1934 годах эта цифра не превышала 1,6%.

Один из создателей советского уголовного права Н. Д. Дурманов, анализируя в 1934 году эти и другие данные, собранные Научно-исследовательским институтом уголовной политики, писал:

В несколько раз снизилось и абсолютное число осужденных за взяточничество.Это обстоятельство дало основание прокурору Башкирской АССР т. Хазову заявить, что сейчас в Башкирии уже добились почти полного уничтожения взяточничества».

Однако ставший к тому времени заместителем прокурора СССР Вышинский заявил, что подобный подход — усыпление бдительности. И данные НИИ уголовной политики подтверждали его слова. Взятки не исчезли, изменился способ их получения. К примеру, нужных людей стали официально премировать в заинтересованных в их услугах организациях.

«Начальник финсектора Северозападного речного пароходства Писаревский,— писал Дурманов,— получил от Экспортлеса 5000 руб. «премий» за то, что заключил с зам. управляющего Ленинградской конторой Экспортлеса Фрейдлиным соглашение о списании задолженности за простой судов в сумме 249 тыс. руб. Через месяц он же получил 1300 рублей «премий» за «успешное проведение взаимных расчетов»».

В 1934 году, когда средняя зарплата в стране составляла 136 рублей в месяц, это было очень приличной платой за услуги. Но при тотальном дефиците товары и услуги ценились гораздо выше денег, и те, кто был ближе всего к перевозкам товаров и продуктов,— руководящие товарищи из различных структур Наркомата путей сообщения — предпочитали их или оплаченный взяткодателями отдых. Хотя не брезговали и «премиями»:

«В Ленинграде,— констатировал Дурманов,— группа инженеров планово-экономического управления райуправления НКПС (РУПР), имея резерв в 45 вагонов, ежедневно предоставляла его только за взятки, выражавшиеся в отпуске продуктов и предметов производства по себестоимости. Взятки давали Мясокомбинат, артель «Аврора», Росконд, «Союзплодоовощ», Ленжет, завод «Красный треугольник» и т. д. Такие учреждения, как Ленэнерго, Союзлесоснабсбыт, Главуголь облекали взятки в форму премий или путевок в санатории. Учреждения же, имевшие право на первоочередное получение вагонов, этих вагонов не имели».

Еще один пример, приведенный Дурмановым, свидетельствовал о том, что и при советской власти за взятки можно было получить все, что пожелаешь:

«Селезнев, зам. директора магазина автодеталей орса автозавода в г. Горьком, продавал детали за взятки костюмами, полушубками, деньгами и т. д., которые давались агентами различных хозяйственных организаций, нуждающихся в автодеталях… Глава всех взяткодателей, организатор этого дела Лукашевич… закупал у засевших в магазине взяточников автодетали с таким расчетом, чтобы комплектовать целые машины. По его заданию взяточники, работавшие в магазине, крали на заводе в отделе утилизации и даже в основных цехах детали, пользуясь исключительной безалаберностью и расхлябанностью, царившей в этих цехах. Лукашевич организовал подпольный сборочный цех автомашин, накрав деталей на 6 машин, из которых одна была уже собрана в момент ареста. Директор магазина оказался также взяточником».

«Заводил заведомо дутые дела»

Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу постоянно вручали памятные подарки, которые нередко оказывались очень ценными

 

Данные НИИ уголовной политики подтверждали и то, что коррупция в правоохранительных и судебных органах никуда не исчезла:

«В Киргизском главсуде раскрыта шайка взяточников, в которую входили заместитель председателя главсуда, члены главсуда, прокуроры, и пр. По делу осуждено несколько десятков человек.

Во Владивостоке раскрыто взяточничество прокурора Ким и нарсудьи Кан, которые были тесно связаны с преступными элементами спекуляции. За взятки прекращались дела и выносились оправдательные приговоры. Судья Кан в целях вымогательства взяток заводил заведомо дутые дела, которые прекращались после получения взятки. Главные виновники приговорены к 10 годам лишения свободы».

Жалобы на взяточничество милиции, следователей, прокуроров и судей не прекращались на протяжении многих лет. И в 1948 году Прокуратура СССР доложила в ЦК ВКП(б), что взятки берут не только в провинциальных судах, но и в Мосгорсуде, Верховном суде РСФСР и Верховном суде СССР .

Коррупция захватила полностью всю систему пищевой промышленности, общественного питания и торговли, где практически повсеместно соблюдался принцип 50% — отдай половину того, что «наварил», непосредственному начальнику. Взятки в ГАИ стали не просто обыденностью, а нормой. В отдельных регионах страны на работу устраивались только за взятку, а бесплатное обучение в вузах оказывалось весьма дорогостоящим .

В хрущевские времена развернулась новая масштабная кампания борьбы с коррупцией. Но взяток и взяточничества меньше не стало. Говорили, что взятки брал даже член президиума ЦК Ф. Р. Козлов, которого Хрущев готовил себе на смену. Да и Брежнев ни в ту пору, ни позднее не отказывался от сделанных от чистого сердца подношений.

А после прихода к власти Брежнева отечественная коррупция вернулась к истокам и стала почти не отличимой от старорежимной. Следователи вспоминали, что зять Брежнева первый замминистра внутренних дел Ю. М. Чурбанов, арестованный за получение взяток, не мог точно вспомнить, сколько раз он брал деньги у того или иного просителя.

Взятки брали даже в святая святых — ЦК КПСС. В 1967 году о Ф. Я. Молчанове, заведующем сектором Комиссии по выездам за границу, которая решала, кто из советских граждан достоин ехать на работу или отдых за рубежи СССР, в ЦК сообщали:

Тов. Молчанов Ф.Я., используя служебное положение, занимается злоупотреблением. Посылая или, вернее, отбирая за границу того, кого ему надо использовать в корыстных целях.

Отбирая товарища для поездки за границу с условием, что он ему привезет валюту, на которую Молчанов Ф. Я. с женой берут вещи в магазине, как мех норку, мохер и др., потом спекулируют».

Но после рассмотрения информации компетентные товарищи пришли к выводу, что «проверить перечисленные сведения не представляется возможным». Однако после изучения всех обстоятельств личной жизни и деловых качеств Молчанова пришли к выводу:

«Полагали бы целесообразным рассмотреть вопрос о направлении тов. Молчанова Ф. Я. из аппарата ЦК КПСС на другую работу».

Время от времени зарвавшихся руководящих товарищей наказывали не только отстранением от должности, но и исключением из партии и даже лишением свободы. Как и всегда, суровее всего наказывали бравших не по чину. А к концу эры Брежнева, как вспоминали оперативники МВД СССР, они неожиданно стали узнавать от своих «оперативных контактов», что изъятые у осужденных спекулянтов и коррупционеров особо ценные произведения искусства и ювелирные изделия работы лучших мастеров оказывались не в музеях или Гохране, а в коллекциях высокопоставленных руководителей. Так что, если исключить публичные казни, сходство со стародавней системой оборота «безгрешных доходов», описанной послом Дж. Флетчером, стало почти полным.

И в этом не было ничего удивительного. «Люди вышние», как и тогда, пребывали в рабской зависимости от первого человека в государстве, который в один момент может лишить всего и вся. Право собственности народа, как и тогда,— чистая условность. Разве что грабить людей стали по большей части экономически, не злоупотребляя прямым насилием.

Источник: КАИЦ, Белказак, Белказак

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *