Сибирское
Казачество
30 апреля 2020 Просмотров: 136 Комментарии: 0
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд - Пока оценок нет
Размер шрифта: AAAA

Генералы печатных фейк-ньюсов и другие новости российского казачества от 30 апреля 2020 г.

Генералы печатных фейк-ньюсов

Чтоб стать всемирным атаманом, войско не нужно. Реальных казаков современным комбинаторам в погонах заменяют интернет-сайты с регистрацией в Евросоюзе. Реальные дела подменяются скандальными акциями по методичкам из США.

Нереестровые реконструкторы

Время от времени в оренбургских электронных СМИ поднимается волна насмешек над оренбургскими казаками. На этот раз интерес к ситуации подогрели два «казачьих генерала» из одного иностранного общества – Александр Покровский и Василий Неретин.

Чины взяты в кавычки, так как их генеральские погоны не соответствуют Единому государственному регламенту казачьей службы РФ. И в Госреестре они не состоят. То есть не имеют права не только генералами называться, но и казачью форму носить.

Споры о реестровых и нереестровых казаках продолжались все 30 лет возрождения российского казачества. Исторически казаки были людьми военными. Беспрекословно подчинялись воинской дисциплине. И не мыслили себя без государственной службы.

Современных казаков среди остальных граждан выделяла воинская дисциплина и «властная вертикаль». Основная масса вновь создаваемых в России войсковых казачьих обществ входила в государственный реестр. Со своей официальной формой, знаками отличия, правами и обязанностями. С возможностью привлечения на госслужбу.

Но были и другие. Те, кто занимался культурным просвещением. Возрождали в станицах старинные фольклорные традиции. Создавали музеи. Находили у односельчан семейные реликвии, казачьи награды, старую форму. Ревнителям традиций не было нужды подчиняться официальным структурам и выполнять чьи-то приказы. Они регистрировали частные фирмы с казачьими названиями в виде ООО.

До поры до времени никто не обращал внимания на форму организации таких нереестровых казачьих обществ. Хотят они проводить свои исторические реконструкции, пусть шьют себе папахи да надевают их во время сборов.

Брезгливые разрушители

Лет 15 назад таким обществом, весьма популярным среди оренбургских казаков, была «Станица Славянская», базировавшаяся в Оренбурге на рынке «Славянский базар». Руководивший ею атаман Юрий Бельков был популярен среди рядовых казаков тем, что соблюдал казачьи традиции и не жалел на это средств.

Он и казачий музей на «Славянском базаре» финансировал, и станичный штаб содержал, и работу давал. Его казаки входили в частное охранное предприятие, которое наводило порядок на рынке крепче тогдашней милиции.

Атаманом Первого отдела Оренбургского войскового казачьего общества на тот момент был Виктор Каргалов, к сожалению, не пользовавшийся среди казаков серьёзным авторитетом. Реестровое казачье общество в 2000-х лихорадили внутренние разногласия. А нереестровые «славянцы», напротив, набирали вес и новобранцев в свои ряды.

Вот в эти благодатные для нереестровых обществ годы в штабе «Станицы Славянской» и появились Покровский с Неретиным.

Их высокомерное отношение к остальным казакам сразу бросалось в глаза. Ни с кем не разговаривали, никогда ни за что не платили. Всем своим видом они показывали окружающим своё привилегированное положение. Покровский в разговорах намекал на якобы родство с атаманом. Всегда находился при нём. А Неретина при себе держал.

Оба приехали в Оренбург из районов: Покровский – из Переволоцкого, Неретин – из Шарлыка. Казачьих корней у них не наблюдалось. И вели, мне казалось, они себя так, чтоб окружающие принимали их не столько за казаков, сколько за шарлыкских мормонов. Представители этой веры себя не афишировали, но их уважали и не трогали.

Соблюдая внешние признаки того сообщества, Покровский с Неретиным даже на больших праздниках за общим столом, наливая другим, сами не пили спиртного, не курили, не произносили не то что бранного, ни одного лишнего слова.

За Покровским ходила слава тихого разрушителя. Поговаривали, за что бы он ни брался, начатое им дело непонятным образом приходит в упадок и разоряется. Зато сам он, как говорили злые языки, то дом достроит, то машину поменяет. Не буду утверждать, что Покровский имел свой гешефт или намеренно разорял фирмы. Просто так совпадало.

В Китай – на атамане

В 2007 году я убедил атамана Белькова организовать экспедицию на место гибели последнего атамана Оренбургского казачьего войска Александра Дутова, убитого чекистами в Китае. Точнее, выделить мне средства на билеты до Алма-Аты и обратно.

Белькову идея понравилась: его финансовое участие в поездке широко освещалось в областной газете «Оренбуржье». Соответственно, и заслуги за найденное место захоронения оренбургского атамана достались ему, как спонсору проекта. И в моей книге, которую частично также спонсировал Бельков, было его фото и упоминания о нём.

Через год, на волне интереса к оренбургским казакам, заявившим о себе в китайской провинции Синьцзян, власти города Кульджа пригласили меня, как автора книги, и атамана Белькова, как одного из её героев, к себе, на празднование Рождества.

Но вместо меня атаман решил взять себе в попутчики Покровского с Неретиным. Видя их активное воздействие на Белькова, я принципиально отказался от помощи «славянцев». И на этот раз поехал на свои деньги. Покровский с Неретиным, напротив, сами никогда ни за что не платили.

Их путь лежал через Алма-Ату. И поскольку мы ехали разными поездами, я заранее созвонился с семиреченскими казаками, попросив встретить Белькова с попутчиками. Там они и познакомились с Юрием Захаровым, тогда ещё атаманом Семиреченского казачьего общества.

Мне этот самонадеянный атаман, кичившийся поддержкой разных государств и ни в грош не ставивший Россию, как-то сразу не понравился. Я отказался от контактов с ним. Оренбургские делегаты – наоборот.

Бельков и оба его сопровождающих носили настоящую казачью форму. И хоть не являлись реестровыми, но внешне имели очень внушительный вид. Захарову этот вид понравился. И он, вероятно, уже тогда сделал ставку на Покровского с Неретиным.

Казаки виртуальные и реальные

За 10 лет изменилось многое. Неретин был изгнан Бельковым из числа «славянцев». А вскоре после этого кто-то «слил» бельковским конкурентам данные, позволявшие отобрать у атамана бизнес. Этого Бельков не пережил. После его смерти у «Славянского базара» оказались другие хозяева, избавившиеся от ненужного им казачества. «Станицу Славянскую» разорвали по кусочкам.

Покровский с Неретиным тогда заполучили казачий сайт, когда-то выкупленный Бельковым. И сформировали уникальное в своём роде виртуальное казачье войско.

К чему собирать реальных казаков по хуторам и станицам? Их же можно выдумать и заселить в виртуальное интернет-пространство! Неретин оформил псевдоказачью общественную организацию, куда вошли сплошные его однофамильцы из Шарлыка.

На сайте регулярно публиковались статьи анонимов. Выдуманный казак то брал интервью у Неретина с Покровским, то поливал грязью настоящих реестровых оренбургских казаков и нового атамана Первого отдела Оренбургского войскового казачьего общества (ОВКО) Сергея Слепова.

Атаман Слепов всерьёз отличался от своего предшественника Каргалова. Молодой, энергичный, активный. Он собрал вокруг себя таких же деятельных казаков. Взялся за грамотное оформление станиц на территории Оренбургской области, дававшее казакам возможность в дальнейшем нести государственную службу по месту жительства.

В области открывались новые казачьи классы. Казачьими стали две сельские школы. У молодёжи появилась возможность пройти подготовку к службе в армии, выстраивая свою дальнейшую карьеру на госслужбе. Казачье фермерское хозяйство получило господдержку. Открылся новый рынок продуктов с казачьих подворий.

Видя перед собой перспективы, в реестровые общества потянулись бывшие нереестровые казаки. На начало 2020 года Первый отдел ОВКО насчитывал без малого пять тысяч членов. Да ещё три с половиной тысячи школьников-кадет и казачьей молодёжи.

Как похоронить идею?

А Семиреченский атаман Захаров за эти годы стал ни больше ни меньше как Верховным атаманом Всемирного союза казачьих атаманов.

Организован этот союз был в 2013 году в США. Получил поддержку от администрации Соединённых Штатов и Республиканской партии. Его русофобская деятельность широко освещалась в открытых источниках. Основные задачи – противодействие российским властям и Русской православной церкви.

Атаман Захаров, получив эту должность, особо запомнился поднятием над своей казахстанской казачьей резиденцией флага США и выступлением с трибуны ООН. Там он потребовал взыскать с России репарацию в размере 5 миллиардов долларов США за «геноцид казачества советской властью». А также отобрать у России остров Сахалин для компактного расселения там казаков из Америки и Канады.

Не считайте этого гражданина Республики Казахстан неадекватным. Его виртуальный Всемирный союз формально, по документам, раскидывает свои щупальца по всему миру. В Оренбурге генеральские погоны от него получили Покровский и Неретин. Чтоб создавать филиалы в Екатеринбурге, Челябинске, Кургане.

Предъявляя по отчёту хоть каких-то своих сторонников, они собрали на фото рядом с собой ещё пятерых пенсионеров. Достаточно для «войска» двух «генералов»!

Впрочем, увидеть это «войско» можно лишь в Интернете. «Генералы фейк-ньюс» известны, в первую очередь, сайтом kazak56, ставшим теперь главным информационным «сливом» для оскорблений атамана Слепова и реестровых казаков. Внешне он копирует федеральный казачий сайт «Казачий информационно-аналитический центр» (КИАЦ) настолько, что даже атаману Всероссийского казачьего войска Николаю Долуде пришлось выступить в СМИ с официальным заявлением о том, что kazak56 не имеет никакого отношения к системе казачьих электронных СМИ.

Оренбургские казаки требовали привлечь к ответу учредителей неретинского сайта. Но на суде выяснилось, что его IP-адрес зарегистрирован в Германии. В России он не значится. А потому нет возможности ни подать в суд за клевету, ни заблокировать.

То есть Всемирный союз атаманов, куда входят Покровский с Неретиным, зарегистрирован в США, базируется в Казахстане, финансируется Госдепом, имеет СМИ в ФРГ. Выходит, оба этих деятеля – иностранные агенты, представляющие интересы зарубежных государств в России и активно вмешивающиеся в политическую деятельность нашего государства? И сайт kazak56 – иноагент?

Впрочем, наши законы не запрещают такую деятельность. Просто о статусе иноагента необходимо уведомить россиян, читающих этот пресловутый сайт.

Попытались как-то настоящие казаки установить в сугробе у коттеджа Покровского табличку «Здесь живёт иностранный агент». Столько выслушали в свой адрес от хозяина дома! И не в лицо, а через интернет-СМИ. Ведь там, как правило, работают люди молодые, часто не отличающие настоящих казаков от фейковых.

Впрочем, может, перед агентами влияния и ставится такая цель: запутать молодых россиян? Девальвировать в их глазах саму идею возрождения казачества. Выставить её так, чтоб смотрелась со стороны, как игры стариков в казачьих фуражках.

Константин Артемьев,
автор книги «Последний приют атамана Дутова»

Фото из личного архива автора


На фото: Атаман Захаров (справа) в 2010 году принимает у себя в Алма-Ате Покровского с Неретиным. До создания в США Всемирного союза атаманов остаётся 3 года.

———————-

Старейшему казаку станицы Берёзовской, автору многих публикаций в «Казачьем Круге», замечательному человеку Николаю Петровичу Илюшкину 6 февраля 2020 года исполнилось бы 87 лет. Он очень гордился тем, что его День рождения почти совпадает с датой очередной годовщины победы советского народа над немецко-фашистскими полчищами в Сталинградской битве…
О своём отце рассказывает его старший сын, иконописец Виталий Николаевич Илюшкин (во святом крещении Роман).
Виталий ИЛЮШКИН
Два с половиной года прошло со времени, как упокоился во Господе мой отец, Николай Петрович Илюшкин. Не стало уважаемого многими краеведа и защитника людских судеб, замечательного поэта и публициста, вставшего у истоков возрождения казачества в наших краях. Я попробую поведать тебе, уважаемый читатель, лишь о некоторых гранях характера отца, проявившихся в нескольких случаях, очевидцем или участником которых я был. Особенными качествам бати были редкая сила воли и мужество, искренняя любовь к людям и своему Отечеству, обострённое чувство справедливости и личной ответственности за судьбы родной станицы и родного ему казачества.

Автомат для Фиделя                                 
Отец с большой любовью относился к кубинскому народу, уважая его за свободолюбивый нрав и отпор американской экспансии. До сих пор у нас хранятся подшивки журнала «Куба», который отец выписывал много лет. Когда мне было лет шестнадцать, в конце семидесятых годов прошлого века, батя собрал нас — троих своих детей вокруг себя и сказал: « Ребята! Кубинская революция в опасности. Если вы не возражаете, то давайте очередную мою зарплату (120 руб.) перечислим в журнал «Куба» для покупки автомата «Калашников» в дар защитникам Острова Свободы. Но предупреждаю, — в этом случае нам придётся с месяц продержаться без мяса и всяких там вкусностей. Вы не против?».  Мы, конечно, все единодушно «проголосовали» «за» и деньги были отправлены. Шла вторая половина лета и фруктово-овощная диета была только на благо.
Вскоре пришло письмо признательности из редакции почитаемого батей издания, а спустя какое-то время я услышал по радио, как некий русскоговорящий диктор объявил о том, что неизвестный гражданин Советского Союза подарил Фиделю Кастро автомат Калашникова. «Ну, конечно, это был ты, папа!» — подумал я тогда.
До самых преклонных лет отец вспоминал о том, как во времена его студенческой юности он воочию видел Фиделя в Свердловске, когда тот приезжал в нашу страну. И одно из стихотворений отца той поры посвящено лидеру революции на Кубе.

Артёмовна
Как-то я во времена учёбы в художественном училище, а это было в начале восьмидесятых годов прошлого столетия, приехал в родную мне станицу на зимних каникулах. В один из январских студёных дней отец попросил меня отнести из нашего скромного запаса несколько дубовых напиленных пней к нашей старенькой соседке и там их наколоть. Я исполнил батину просьбу и на некоторое время Артёмовна, так он её мне представил,  была дровами обеспечена. Но зима ожидалась долгой и суровой, а у этой старой, согбенной невзгодами женщины уже давно нечем было топить печь в её утлой хатёнке. Помочь ей тоже было некому: муж её и трое их сыновей погибли на фронтах Великой Отечественной. Ни лесничий, ни тогдашний председатель сельсовета не внял мольбам женщины, и она попросту начала медленно замерзать в своём доме. Помог отец. От имени Артёмовны он написал письмо самому Брежневу, описав все мытарства и страдания несчастной, на лице которой были уже заметны признаки обморожения.  После этого прошло не более двух недель, и в гости к женщине в большой спешке прибыли председатель совета вместе с лесничим и дровами, которых хватило бы точно зим на пять, не меньше. Но только вот добро это бабушке уже не пригодилось: через несколько дней Артёмовна умерла. 

«Береги казачью честь, сынок!»
Когда американцы и натовцы весной 1999 года стали бомбить Сербию, я преподавал иконоведение на Богословском факультете Царицынского Православного Университета имени преподобного Сергия Радонежского в Волгограде.  Я и мои студенты вместе с преподавателями нашего университета и братией Свято-Духова мужского монастыря организовали сбор подписей в защиту сербского народа, а в газетах города на Волге опубликовали наше письмо протеста президенту США Клинтону. Его администрация нам не ответила и тогда, досрочно приняв экзамены у моих учеников, будущих священников, я стал собираться на войну.
В осаждённый с воздуха Белград я вместе с письмом атамана волгоградских казаков вёз написанную мной икону царственного мученика Николая, тогда ещё не прославленного Русской Православной Церковью, и горсть земли с поистине священной высоты России – Мамаева Кургана. Всё это предназначалось в дар патриарху Сербии Павлу, и это вскоре было исполнено. Ещё я хотел написать в подарок сербам образ Спаса Нерукотворного, который по свидетельству историков вёл русские полки на Поле Куликовом. В этом решении меня поддержал отец и приехал в Москву меня проводить.
Испросив благословение у настоятеля Афонского подворья в нашей столице – отца Никона, бывшего ранее начальником Иконописной школы при Московской Духовной Академии, где я учился, две ночи мы провели в монашеской келии. Как нам сказали, на наших кроватях двумя днями ранее спали два офицера запаса, ракетчики, в качестве добровольцев отправляющиеся на помощь братскому народу. Перед самым вылетом в аэропорту Шереметьево отец сказал мне: «Не посрами казачью честь, сынок!».

На пути в Крым               
Так получилось, что в сентябре 2014 года при поддержке Благотворительного фонда «12» мне удалось организовать приезд в Россию  молодых  футболистов-сербов из Косово, участников  ежегодного сербского турнира памяти 17-летнего серба Димитрия Поповича, убитого албанскими террористами. Нашей целью стала поездка в Крым для того, чтобы провести там серию товарищеских матчей русско-сербской дружбы и этим духовно поддержать жителей только что ставшей вновь российской Тавриды. Начать это турне мы решили со спортивного поединка в расположении подмосковной Отдельной 27-й Гвардейской Севастопольской  мотострелковой бригады, где тогда проходил срочную службу мой сын Роман.
Узнав об этом, из своей волгоградской казачьей станицы в Москву приехал мой 81-летний отец для того, чтобы повидать внука и передать свой привет его сослуживцам и сербским гостям. Перед началом матча отец взял слово и обратился со своим родительским напутствием ко всем молодым солдатам и призвал их честно служить Отечеству, быть верными присяге и никогда не унижать своих товарищей. Как радовались молодые воины, слушая тёплые и задушевные слова старого казака, обращённые к ним. Потом, уже после окончания спортивной игры к отцу подходили солдаты и горячо его благодарили, пожимая ему руку.
Впереди была дорога в Крым и отец, превозмогая тяжёлую болезнь, решил сопроводить меня и сербскую делегацию в этой нелёгкой для него поездке. В Керчи, Симферополе и Севастополе юные сербы отыграли товарищеские матчи со своими российскими ровесниками во имя единения братских России народов, перенёсших тяготы современных войн. На протяжении всей поездки отец читал свои, исполненные истинного патриотизма и любви к народу Крыма и Донбасса стихи и даже научил сербских юношей петь «Едут-едут по Берлину наши казаки!». А юные гости с Балкан, в свою очередь, пели вместе с их лучшим русским другом, старым казаком, сербскую народную песню «Ой ты моё Косово!». 

Дорога в Донбасс
Поистине, лебединою песней отца стал его путь в Донецк в январе 2016 года. Понимая, насколько важна духовно-нравственная поддержка для защитников донецкой земли и детей, переживающих войну, батя вместе с несколькими своими единомышленниками сумел собрать среди взрослых и юных казаков в нашем районе и области продукты и свыше двухсот пятидесяти рождественских подарков. Всё это было доставлено по назначению. Одному Богу известно, чего стоила ему, уже неизлечимо больному, эта зимняя поездка в кабине старенькой, полуисправной «Газели».
Как радовались бойцы донецкого отдельного разведывательного батальона,  в котором  самыми дорогими гостями на несколько дней стали отец и двое его товарищей, казаков. «Ты оставайся с нами, Петрович!»- говорили ему бойцы, которых он взволновал своими стихами, так поддержавшими их в деле защиты Донбасса.
Вернувшись домой, в родную станицу, отец, несмотря на тяжёлые страдания, причинённые болезнью,  живо интересовался новостями с юго-востока Украины и всем своим сердцем желал народу Донбасса победы в борьбе за свободу. 
Меня батя просил об одном, и это было его отчим благословением, — сделать выставку созданных мной на донецкой земле фотографий и рисунков детей, переживающих недалёкую от нас войну. Последний раз он позвонил мне накануне Дня России в Дом Правительства Москвы, где я только завершил монтаж своей экспозиции. «Ты сделал выставку?»,- спросил отец, превозмогая неизлечимую боль. «Сделал, папа!»- ответил я. И в этом его стоическом мужестве перед лицом смерти и его преданности интересам братского нам народа был весь он — мой батя.

Свет твоей души
Умер отец 21 июня, накануне очередной годовщины вероломного нападения нацистской Германии на нашу страну, в день Всех Святых по казачьему календарю. Он, родившийся в голодном тридцать третьем и мальчишкой переживший голод и лихолетье военного времени, всей своей жизнью, всеми силами, всем своим талантом поэта и публициста как только мог выносил свой приговор нацизму и фашизму, как самому страшному врагу человечества. В последние годы жизни этот самый звериный национал-фашистский оскал отец увидел в тех, кто учинил кровавый майдан на Украине, в тех, кто сжёг невинных людей в Одессе, в тех, кто и сегодня пытается утопить в крови народную свободу на обожженной пожаром войны земле Донбасса.
И в этом своём неприятии любого насилия и любой несвободы ты был весь, папа. Почему был, — ты есть, ты жив для всех нас в нашей памяти. Когда я по вечерам смотрю на фотографии, где запечатлён ты, и любуюсь твоей поистине казачьей статью, то ощущаю тебя по-прежнему живущим.  Ты, как и прежде, шлёшь свою улыбку мне и всем нам, знавшим тебя. Я верю, что добрая память о тебе у твоих земляков никогда не иссякнет, а свет твоей души и дальше будет ясно светить родной станице Берёзовской и тихой речке Медведице, нашему батюшке-Дону, далёкому Косово и близкому Донбассу, а также всей нашей матушке-России.
Виталий ИЛЮШКИН
Фото из семейного архива.

———————-

Нашу землячку Викторию Валерьевну Путиловскую включили в состав Постоянной комиссии при Президенте Российской Федерации по делам казачества по содействию развитию казачьей культуры. Она стала членом второй рабочей группы «По государственной поддержке творческих казачьих коллективов, носителей казачьей культуры».
Это заслуженная и почетная миссия. Виктория Путиловская известна не только в нашем регионе, но и за его пределами. Она активно занимается просветительской, образовательной и воспитательной деятельностью. И вся эта работа для нее одинаково важна, и к каждой из них она подходит с полной самоотдачей.
Виктория Путиловская – кандидат педагогических наук, доцент кафедры вокально-хорового и хореографического образования ИХО ВГСПУ, руководитель народного фольклорно-этнографического ансамбля «Покров», лауреат всероссийских и международных конкурсов, член Союза театральных деятелей России, ведущая программы «Завалинка» на канале «Волгоград 24»…
И это еще не вся деятельность Виктории Валерьевны. Обо всем подробнее она рассказала нам сама.
— При поддержке Государственного Российского Дома народного творчества имени В.Д. Поленова, Центрального казачьего войска и Министерства культуры вот уже почти пять лет я и мой муж, Андрей Петрович Сандалов, сотрудник Казачьего центра государственной службы, проводим мастер-классы, семинарские занятия и курсы повышения квалификации для руководителей любительских самодеятельных и профессиональных фольклорных ансамблей, а также ансамблей народной песни казачьей направленности. Мы уже побывали на Сахалине, в Ставропольском крае, в Курске, Пензе, Чите, Екатеринбурге, Москве, Нижнекамске, Южно-Сахалинске.
— Сложно ли донести особенности казачьей культуры до людей, незнакомых с ней?
— Это и сложно, и интересно одновременно. На всех наших курсах мы именно эти идеалы и позиционируем. Я часто бываю в составе жюри на различных фестивалях, конкурсах. Иногда  меня спрашивают те, кто не особо разбирается в традиции: а как оценивать участников? Я отвечаю: мурашки побежали? На душевных песнях слеза выкатилась? На веселых песнях захотелось идти плясать? Важен характер исполнения, даже не музыка. Значит, участник все сделал правильно. Казачья культура — это не просто фольклорный жанр, это «документ», в котором хранятся важные сведения о быте, о традиции, обо всем, чем жили, чем дорожили наши предки. Именно в ней выражается состояние души, сохраняется то удивительное, что называется народным духом, народным самосознанием.
— Виктория, Вы стали членом группы, которая отвечает за поддержку именно творческих казачьих коллективов, носителей казачьей культуры. Как Вы видите свою дальнейшую работу в этом направлении?
— Меня на самом деле очень подкупает то, что наша рабочая группа призвана поддерживать казачьи коллективы. Им надо помогать, поддерживать, образовывать. По сути, я буду заниматься той же самой работой, которую выполняю много лет. Просто в новом статусе появится больше возможностей в развитии казачьей культуры. Для меня это, безусловно, важно, потому что я действующий педагог, преподаватель вуза и наставник уже многих коллективов в различных городах России. Я рада, что у меня есть такая возможность: есть опыт, есть жизненные силы — надо делиться, надо помогать.
— И много таких ансамблей?
— В Нижнекамске есть хорошие коллективы «Вольные распевы» и «Златница», «Вереея» в Курске, «Услада» в Ярославле, «Донская вольница» в Воронежских Семилуках. Московский ансамбль «Стожары» добился многого. По стилю и качеству пения они опережают некоторые зрелые, именитые коллективы. Получается у тех, кто не просто хочет попеть, а именно понять,  грамотно разучить песню, вникнуть и, самое главное, уловить суть. Если нет содержания — нет традиции.
«Оказачивание» должно проходить правильно. Я знаю, о чем говорю, потому что выросла в этой среде. Моя мама казачка, и бабушка была казачка. Все мое детство проходило в казачьем хуторе, в этом быту и традициях. И сейчас у меня такой же образ жизни. Я же воспитываю будущих учителей, и мне важно быть для них примером. И я очень горжусь своими учениками. Вот недавно состоялся концерт «Казаки – городу победителю». И как было приятно осознавать, что в «Покрове», в «Ягодке» все руководители и концертмейстеры — мои ученицы. «Казачья справа» — это тоже мои выпускники. Катя Бурова из «Казачьей воли» тоже закончила нашу магистратуру. Мне есть, кем гордиться.
— То, что в нашем крае рождаются коллективы казачьей песни, это объяснимо. Но откуда  такой интерес к нашей культуре, к казачьим традициям у дальних регионов?
— В первую очередь благодаря привлекательности этой самой традиции. Все представляют ее как что-то такое бравурное, веселое, беспроигрышное, жизнеутверждающее. Но это до знакомства со мной. Как только мы начинаем разговаривать о традиции, эта внешняя позолота слетает. И тогда наступает понимание, что это культура народа-воина, который мог в любой момент отдать жизнь за родину, не жалея себя. Каждая песня – на разрыв аорты, каждое исполнение как последнее, каждая песня – это маленькая жизнь или не состоявшаяся жизнь, или несостоявшееся счастье, любовь и прочее. Все это очень серьезно. И в этот момент общения начинают отделяться зерна от плевел. И человек начинает размышлять: а туда ли он попал? А его ли это? А сможет ли он, действительно так, как надо? И здесь я уже выступаю в роли Кесаря, потому что могу сказать прямолинейно: «Не потяните. Не сможете как надо». Максимум получится какая-нибудь поверхностная стилизация. Раз уж выбираете такую культуру, раз уж становитесь, как раньше говорили, «приписными казаками», тогда песня должна стать вашим оружием. И с этой песней вы вступаете в бой за свое право называться казачьим коллективом.
Первые слова, с которыми я обращаюсь к слушателям на мастер-классе такие: «Друзья, на вас огромная ответственность перед дедами и прадедами, перед теми людьми, которые для нас создали культуру, которая, несмотря на годы геноцида, выжила. Представляете, какая она сильная, жизнестойкая? Людей убивали, а традицию не убили, она смогла выжить. И нам выпала честь ее продолжать».
Я хочу, чтобы люди не боялись осваивать эту культуру, чтобы нас было как можно больше. Тем более я и моя семья, мои студенты и выпускники всегда готовы прийти на помощь, поддержать, помочь, рассказать.
— Высокое назначение в начале года сулит успешное его продолжение?
— Для меня это событие важно еще и потому, что этот год для меня юбилейный: 25 лет моей профессиональной деятельности, 20 лет, как я работаю в педагогическом университете, 20 лет ансамблю «Покров», мой личный юбилей, 20 лет нашему браку с Андреем Петровичем Сандаловым. Словом, это подарок.
Беседовала
Светлана ЖДАНОВА

———————-

Воспитанники федерации Казачьего рукопашного боя (ФКРБ) города Волжского под руководством президента ФКРБ Андрея Калачева приняли участие в открытом турнире по боевому самбо среди юношей и юниоров, посвященному Победе в Сталинградской битве.
В Волгограде собрались более 300 спортсменов из различных регионов России: Саратовской, Ростовской, Астраханской областей, Краснодарского края. В первый день турнира выступали старшие воспитанники ФКРБ. Они завоевали второе общекомандное место.
В личном зачете победителем в весовой категории до 57 кг стал Джамшед Юлдашев. Серебряная награда в весовой категории свыше 90 кг досталась Владимиру Стукалову. Вторую ступень на пьедестале почета в весовой категории до 62 кг занял Виктор Савинов. На следующий день бронзовым призером в весовой категории до 44 кг стал Влад Измайлов.
Горячую поддержку команде оказывали казаки ГКО «Станица Верховская» Волжского казачьего округа, где уделяется большое внимание занятиям спортом. Казаки активно подбадривали ребят и громко болели за них.

———————-

В Камышине состоялся Большой отчетный Круг станичного казачьего общества «Дмитриевский юрт» окружного казачьего общества «Волгоградский казачий округ» ВКО «Всевеликое войско Донское». Приятно было видеть празднично одетых казаков, которые всем своим видом показывали – здесь пишется история камышинского казачества.
Казаки во все времена свои важные и большие дела начинали с молитвы. Настоятель часовни пророка Божьего Илии в воинской части Камышина иерей Георгий Родионов отслужил молебен на начало благого дела – проведение Большого Круга, это давало уверенность в начатом событии. Были приглашены гости: председатель Камышинской городской Думы Пономарев В.А., атаман Волгоградского казачьего округа  Кривенцев А.А., казаки СКО «Станица Островская» во главе с атаманом Пиуновым В.Д., руководитель поискового военно-патриотический клуба «Багратион» Бурняшев А.Ю., преподаватель истории Государственного автономного профессионального образовательного учреждения «Камышинский политехнический колледж», руководитель проекта «Казачьи заповеди» Смотрич Л.Я.
Традиционно у казаков Большой Круг служит обозначением любого всенародного собрания, что является высшим проявлением казачьей демократии и вольнолюбия. По традиции казаки голосуют поднятием головных уборов – «за» («Любо!») или «против» («Не любо!»), воздержавшихся на Большом Круге не бывает. Для проведения Большого Круга были назначены: дежурный есаулец Кузнецов Ф.В., направляющий ход  согласно старинному казачьему обычаю, в руках у него нагайка – символ власти на Большого Круге, которую в случае необходимости может и применить, а также – казаки-приставы: старший урядник Ткачев А.П. и старший урядник Колгатин Е.С. отвечали за порядок в зале, при голосовании вели подсчет голосов.
Президиум Большого Круга представляли: атаман станичного казачьего общества «Дмитриевский юрт» казачий полковник Сухарев С.Н, начальник штаба Демин В.В., уважаемые казаки Смутнев В.А., Гусев Л. М. По старинной казачьей традиции особое место было отведено совету старейшин в составе есаула Летова В.А., войскового старшины Меркулова С.Ю., Полякова В.М. и Коваленко И.К.
На повестке дня Большого Круга было рассмотрено несколько вопросов: отчет атамана станичного казачьего общества «Дмитриевский юрт» Сухарева С.Н. за период с 20 июля 2019 года по 14 марта 2020 года, отчет контрольно-ревизионной комиссии и другие организационные вопросы.
Торжественность момента и его значимость подтвердило обращение к казакам атамана Волгоградского казачьего округа  Кривенцева А.А. Он отметил отличную работу станичников по многим направлениям, а также ответил на ряд вопросов.
Согласно регламенту казачьего Большого Круга был утвержден список делегатов на вышестоящие окружные и войсковые мероприятия и Большие Круги. Были приняты новые члены в станичное общество – это Корбаков А.Н., Марков С.В., Аминьчикова А.О., Соловьева П.В., Кулешов И.М., Моисеев А.Л. Приказ о поощрении  членов СКО «Дмитриевский юрт» по итогам работы в 2019-2020 годах зачитал начальник станичного штаба Демин В.В.  Лучшие станичники были отмечены Грамотами городской Думы города Камышина и награждены ценными подарками.
Выступавшие в прениях председатель Камышинской городской Думы  Пономарев В.А., заместитель атамана по духовно-нравственному воспитанию молодежи и взаимодействию с русской православной церковью полковник Туленцев Г.А., есаул Агафонов С.Н. отметили, что в современных условиях перед казачьим сообществом стоит много задач. Кроме охраны общественного порядка казаки занимаются работой с призывниками и патриотическим воспитанием молодежи. Выступления были яркими, эмоциональными, было видно, что казаки радеют душой о своей станице. Отрадно было слышать станичникам слова поддержки и одобрения от Хорохоркина В.В. (региональное общественное объединение «Союз казаков») и получить приглашение на казачий праздник в станицу Островскую от атамана СКО «Станица Островская» Пиунова В.Д. Круг закончился молитвой и выносом знамени.
В 2020 году Донское казачество отмечает 450-летие Войска Донского на государственной службе. Казаки СКО «Дмитриевский юрт» с оптимизмом смотрят в будущее и впредь готовы служить Родине, вере православной и казачеству!
Любовь СМОТРИЧ
СКО « Дмитриевский юрт»

———————-

Русский поэт, донской казак, белый офицер, участник Первой мировой, Гражданской, Второй мировой войн, великий казачий поэт «первой волны» эмиграции Николай Николаевич Туроверов родился 30 (18 по ст. стилю) марта 1899 года в станице Старочеркасская Области войска Донского Российской империи.
В обращении к читателям в книге Николая Туроверова «Двадцатый год. Прощай, Россия!» выпущенной Российским фондом культуры, в конце ХХ века, Народный артист России, режиссер Никита Михалков написал: «Имя русского поэта XX века Николая Николаевича Туроверова долгие годы находилось под запретом. Человек, чьи стихи тысячи людей переписывали от руки, поэт, сумевший выразить трагедию миллионов русских участников Белого движения и всю тяжесть вынужденного изгнания, был почти неизвестен на своей Родине, которую так любил. Воспевший красоту Донских земель, казачью историю и традиции, он 53 года из 73 лет прожил во Франции и никогда не увидел родных станиц… Кроме стихов, которыми поэт согрел столько душ, он очень много сделал для спасения реликвий русской военной истории. Именно с его участием было вывезено в Европу собрание Лейб-гвардии Атаманского его Императорского Высочества наследника Цесаревича Полка, именно он стал организатором многочисленных русских исторических и военных обществ.
Такие люди, как Туроверов, не давали забыть на чужой земле русским людям, их детям и внукам – кто они и откуда родом. Его творчество очень нужно нам и сейчас, сегодня, в непростые для России времена. Потому что Туроверов явил пример конкретных дел в самые трудные моменты истории. Воин, поэт, исследователь, собиратель исторических раритетов – всё слилось в нём, ставшем одной из самых ярких фигур в нашей культуре»…

Эти дни не могут повторяться, —
Юность не вернется никогда.
И туманнее и реже снятся
Нам чудесные, жестокие года.

С каждым годом меньше очевидцев
Этих страшных, легендарных дней.
Наше сердце приучилось биться
И спокойнее и глуше и ровней.

Что теперь мы можем и что смеем?
Полюбив спокойную страну,
Незаметно медленно стареем
В европейском ласковом плену.

И растет и ждет ли наша смена,
Чтобы вновь в февральскую пургу
Дети шли в сугробах по колена
Умирать на розовом снегу.

И над одинокими на свете,
С песнями идущими на смерть,
Веял тот же сумасшедший ветер
И темнела сумрачная твердь.

Это строки величайшего казачьего поэта Николая Туроверова, часто называемого «казачьим Есениным».
Отец Николая, судебный следователь Николай Николаевич Туроверов и мать Анна Николаевна Александрова происходили из старинных казачьих фамилий. С родителями он простился навсегда — впоследствии они были убиты или попали в лагеря, найти их следы не удалось, хотя Туроверов, уже из-за границы, пытался это сделать.
После ускоренного курса Новочеркасского казачьего училища Николай Туроверов был выпущен в Лейб-гвардии Атаманский полк, в составе которого успел принять участие в Первой мировой войне.

Мы отдали всё, что имели,
Тебе, восемнадцатый год,
Твоей азиатской метели
Степной — за Россию поход.

1918 год. Туроверову девятнадцать лет. Он ещё мальчишка. Но сколько боли уже прошло через его сердце! После развала фронта поэт вернулся на Дон, вступил в партизанский отряд есаула Чернецова и сражался с большевиками вплоть до эвакуации Русской армии Врангеля из Крыма. Участник «Степного похода», в Донской армии в составе возрождённого Атаманского полка, подъесаул Туроверов с ноября 1919 — начальник пулемётной команды, был четыре раза ранен.

Нас было мало, слишком мало.
От вражьих толп темнела даль;
Но твёрдым блеском засверкала
Из ножен вынутая сталь.

Последних пламенных порывов
Была исполнена душа,
В железном грохоте разрывов
Вскипали воды Сиваша.

И ждали все, внимая знаку,
И подан был знакомый знак…
Полк шёл в последнюю атаку,
Венчая путь своих атак.

Николай Туроверов покидал Крым на борту одного из последних пароходов, продолжая сражаться до последних дней. Именно его родной Атаманский полк прикрывал отход белых, занимая позиции у Сиваша, отступал в арьергарде и покинул родные берега буквально в последние мгновения перед тем, как Крым был занят красными. На чужбину поэт уезжал с красавицей-женой, казачкой Юлией Александровной Грековой.

Помню горечь солёного ветра,
Перегруженный крен корабля;
Полосою синего фетра
Уходила в тумане земля;
Но ни криков, ни стонов, ни жалоб,
Ни протянутых к берегу рук, —
Тишина переполненных палуб
Напряглась, как натянутый лук,
Напряглась и такою осталась
Тетива наших душ навсегда.
Чёрной пропастью мне показалась
За бортом голубая вода.
И, прощаясь с Россией навеки,
Я постиг, я запомнил навек
Неподвижность толпы на спардеке,
Эти слёзы у дрогнувших век.

Во время эвакуации казаки вынуждены были оставлять своих боевых товарищей – коней. Верные животные метались по берегу, бросались в воду и плыли за своими хозяевами. Многие из них были не в силах сдержать слёз.

Крым
Уходили мы из Крыма
Среди дыма и огня,
Я с кормы всё время мимо
В своего стрелял коня.
А он плыл, изнемогая,
За высокою кормой,
Всё не веря, всё не зная,
Что прощается со мной.
Сколько раз одной могилы
Ожидали мы в бою.
Конь всё плыл, теряя силы,
Веря в преданность мою.
Мой денщик стрелял не мимо,
Покраснела чуть вода…
Уходящий берег Крыма
Я запомнил навсегда.

Туроверову довелось поработать в Сербии лесорубом и грузчиком, позже, в Париже, таксистом и банковским служащим. Крутя баранку такси, он параллельно с этим учился в Сорбонне. Некоторое время служил в Иностранном легионе, в составе которого после начала Второй мировой войны воевал с гитлеровцами, затем вернулся в Париж…

Я знаю, не будет иначе.
Всему свой черёд и пора.
Не вскрикнет никто, не заплачет,
Когда постучусь у двора.
Чужая на выгоне хата,
Бурьян на упавшем плетне,
Да отблеск степного заката,
Застывший в убогом окне.
И скажет негромко и сухо,
Что здесь мне нельзя ночевать
В лохмотьях босая старуха,
Меня не узнавшая мать.

Грохотала уже Вторая мировая война. Никто из друзей Туроверова, ни он сам – не пошли воевать с Красной армией. Произошло переосмысление того, что было двадцать лет назад. И поэт приходит к пониманию того, что кровь всех братьев, белых и красных, пролитая на Гражданской – русская кровь, была пролита бессмысленно. Жертвы оказались напрасными.
В стихотворении «Товарищ» это особенно остро чувствуется:

* * *
Перегорит костёр и перетлеет, —
Земле нужна холодная зола.
Уже никто напомнить не посмеет
О страшных днях бессмысленного зла.
Нет, – не мученьями, страданьями и кровью —
Утратою горчайшей из утрат:
Мы расплатились братскою любовью
С тобой, мой незнакомый брат.
С тобой, мой враг, под кличкою – товарищ,
Встречались мы, наверное, не раз.
Меня Господь спасал среди пожарищ,
Да и тебя Господь не там ли спас?
Обоих нас блюла рука Господня,
Когда, почуяв смертную тоску,
Я, весь в крови, ронял свои поводья,
А ты, в крови, склонялся на луку.
Тогда с тобой мы что-то проглядели,
Смотри, чтоб нам опять не проглядеть:
Не для того ль мы оба уцелели,
Чтоб вместе за отчизну умереть?

В Париже в 1920-1960‑е годы вышли пять книг его стихов. В эмиграции Туроверов создал «Кружок казаков-литераторов» и участвовал в его работе. В течение одиннадцати лет он возглавлял парижский «Казачий Союз». Печатался в журнале «Перезвоны», в «Новом журнале», в газете «Россия и славянство».
Туроверов был горячим патриотом Дона, ревнителем казачьей старины. Свои взгляды на историю казачества он сформулировал так: «Было три Дона: Вольница Дикого Поля, Имперское Войско Донское и третий, короткий и маленький, как зигзаг молнии, казачий сполох. Четвертого Дона нет… Без России и вне России у казачества не было, нет и не может быть дорог! России без казаков было бы труднее идти своим историческим путем, будет тяжелее возвращаться на свое историческое лоно» («Казачество: Мысли современников о прошлом, настоящем и будущем казачества». Ростов-н-Дону, 1992. С. 245).
23 сентября 1972 года в госпитале Лавуазьер под Парижем скончался подъесаул Атаманского полка, участник трех войн, выдающийся поэт казачьего зарубежья Николай Николаевич Туроверов. Вечная память! Похоронен он на русском кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа рядом с могилами однополчан Атаманского полка.
О месте поэта в литературе Русского зарубежья проницательно заметил Н.Станюкович в статье «Боян казачества», назвав Туроверова «…может быть, последним выразителем духа мятежной и мужественной ветви русского народа — казачества» (Возрождение. 1956. №60. С.129).

Но в разлуке с тобой не прощаюсь,
Мой далекий отеческий дом,-
Перед Господом не постесняюсь
Называться Донским казаком.

 

Источник: КАИЦ, Казачий кругъ, Казачий кругъ, Казачий кругъ, Казачий кругъ, Казачий кругъ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *